В статье рассматриваются историко-культурные основания идеологического противостояния концепций Большого Ирана и Великого Турана и их влияние на внешнюю политику Ирана и Турции на Южном Кавказе. В силу ограничений формата научной статьи исследование не претендует на полное освещение тысяче летней эволюции указанных концепций, а сосредотачивается на ключевых исторических вехах данного процесса. В исследовании, основанном на историческом, сетевом и сравнительном анализе, а также конструктивистских подходах, рассматриваются культурно-религиозные различия как факторы указанного противостояния и историческая динамика ирано-турецких войн. Особое внимание уделено инструментализации паниранизма и пантюркизма, а также стратегическому значению региона. Ирано-турецкие войны как часть противостояния Ирана и Турции рассматриваются через сетевой анализ, где Южный Кавказ – ключевой узел с высокой центральностью и плотностью конфликтов. Локальные и глобальные коэффициенты кластеризации показывают взаимосвязанность зон боевых действий и наличие треугольной области соперничества. Сравнительный анализ концепций Большого Ирана и Великого Турана выявляет различия в идеологических и стратегических подходах Ирана и Турции к региональному доминированию. Не являясь официальными стратегическими документами, концепции Большого Ирана и Великого Турана выступают идеологическим обоснованием внешнеполитических приоритетов Ирана и Турции на Южном Кавказе. Иран опирается на куль турно-цивилизационное наследие, в то время как Турция реализует более политизированную стратегию, ориентированную на этническую общность. Противостояние также усиливается религиозными различиями и сталкивающимися экономическими интересами. Результаты исследования показывают, что современное соперничество Ирана и Турции на Южном Кавказе продолжает исторические тренды и сохраняет свою актуальность для обоих государств с точки зрения идеологии, национальной безопасности и экономических интересов.
The article explores the historical and cultural foundations of the ideological rivalry between Greater Iran and Great Turan and their influence on Iran and Türkiye’s foreign policies in the South Caucasus. Due to the limitations of a scholarly article’s format, the study focuses on the key historical milestones of the millennial evolution of the given concepts rather than claims to provide a comprehensive coverage of the process in question. Based on historical, network, and comparative analysis alongside constructivist approaches, the study explores cultural and religious differences as factors in the confrontation considered and the historical dynamics of Iran-Türkiye wars. Special attention is given to the instrumentalization of Pan-Iranism and Pan-Turkism, as well as the region’s strategic importance. Iran-Türkiye wars as part of the rivalry between the two countries are analyzed through network analysis, with the South Caucasus as a central node, characterized by high centrality and density of conflicts. Local and global clustering coefficients show the interconnectedness of conflict zones and a triangular area of competition. A comparative analysis of the concepts of Greater Iran and Great Turan reveals differences in the ideological and strategic approaches of Iran and Türkiye to regional dominance. The concepts of Greater Iran and Great Turan do not resemble official strategic documents, yet they serve as the ideological reasoning behind Iran’s and Türkiye’s foreign policy priorities in the South Caucasus. Iran relies on cultural and civilizational heritage, while Türkiye pursues a more politicized strategy focused on ethnic unity. The confrontation is further intensified by religious differences and conflicting economic interests. The findings emphasize that the contemporary rivalry between Iran and Türkiye in the South Caucasus continues historical trends and remains relevant for both states in terms of ideology, national security, and economic interests.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.